- Вот, Ваня, сказал он, придвинув к себе табуретку и продолжая
начатый разговор, - мы привыкли относиться к дерьму с этакой
брезгливостью, как будто это что-то плохое. А ведь, если разобраться,
так это, может быть, самое ценное на земле вещество, потому что вся
наша жизнь происходит из дерьма и в дерьмо опять же уходит […]
Все, что мы потребляем, мы переводим опять на дерьмо.
Вот и происходит, как бы это сказать, круговорот дерьма в природе.
И, скажем, зачем же нам потреблять это дерьмо в виде мяса, молока или
хотя бы вот хлеба, то есть в переработанном виде? Встает законный
вопрос: не лучше ли, отбросив предубеждение и ложную брезгливость,
потреблять его в чистом виде, как замечательный витамин?
Для начала, конечно, поправился он, заметив, что Чонкина передернуло,
можно удалить естественный запах, а потом, когда человек привыкнет,
оставить все, как есть. Но это, Ваня, дело далекого будущего и успешных
дерзаний науки. И я предлагаю, Ваня, выпить за успехи нашей науки, за
нашу Советскую власть и лично за гения в мировом масштабе товарища
Сталина.
… - а самогон-то из хлеба или из свеклы? - поинтересовался Чонкин.
- Из дерьма, Ваня, со сдержанной гордостью сказал Гладышев. Иван
поперхнулся.
- Это как же? спросил он, отодвигаясь от стола.
- Рецепт, Ваня, очень простой,- охотно пояснил Гладышев.- Берешь на
кило дерьма кило сахару...
(Владимир Войнович. Жизнь и необычайные
приключения солдата Ивана Чонкина)
Как известно пулю из дерьма не сделаешь, но вот скульптурку соорудить - это очень даже можно. Тем более, когда, так сказать, строительного материала под руками, пардон, под ногами сколько угодно.
Не понятно, кому первому пришла в голову такая замечательная арт-идея, но вот воплотил её воочию Михаил Боппосов, соорудив из навоза большую скульптуру змеи. Скульптура в виде кобры с раскрытым капюшоном украсила село Уолба Таттинского улуса Якутии. А после того, как об этом культурном явлении сообщил «Интерфакс», то ещё и прославила «скульптора». В администрации улуса рассказывают, что сельский скульптор соорудил это произведение искусства в честь года змеи и потратил на него не много ни мало – 400 килограммов замерзшего навоза.